Компонентами рутин являются

Компонентами рутин являются

Один из основоположников институциональной экономики, Д. Норт определил институты как правила, регулирующие экономическое поведение. Это некоторые конструкции, сознательно или бессознательно возводимые людьми в постоянных попытках преодолеть собственное несовершенство, ограниченность своего знания и неопределенность поведения окружающих.

Институциональный анализ выделяет три типа действующих лиц:

агент– человек, «подавленный» своей экономической ролью, которая и определяет все его поступки. Агент действует в рамках определенного института, а его действия сводятся к максимизации функции располагаемого дохода, прибыли;

актор – человек, сознательно действующий и осуществляющий свой выбор;

актер – человек, который тщательно пытается «играть» свою роль, значительная часть его усилий направлена на изображение лояльности институту.

Каждый актор, готовясь к тому, чтобы принять некоторое решение, рассматривает множество вариантов (рисунок 1). Институты выступают как механизм ограничения числа возможных вариантов бесконечного «поля выбора решений» до «поля допустимых решений», в пределах которого и осуществляется принятие одного решения.

 

 

Рисунок 1 – Деятельность актора

 

Ментальные модели – это набор «внутренних рамок» деятельности, которые есть у каждого человека, к которым относятся знания, умения и навыки, ценности; это модель восприятия окружающего мира, который слишком сложен для восприятия во всем его многообразии. Совокупность знаний, умений и навыков определяют компетенции человека, то есть радиус его возможностей. Выделяют два типа компетенций:

инструментальные компетенции – могут быть использованы для получения удовлетворения, дохода;

профессиональные компетенции – определяют место актора в разделении труда с точки зрения других акторов.

Ценности определяют набор возможных выборов в пространстве возможных выборов, а также воздействуют на принятие актором риска (положительно или отрицательно). Совместно разделяемые ценности создают основу для совместной деятельности людей.

Набор общих ментальных моделей, формируемых людьми в процессе их взаимодействия, представляет собой культуру общества. В литературе также встречается понятие «экономически значимая культура»– это набор ментальных моделей, разделяемых многими акторами. Изменение роли института связано с изменением экономически значимой культуры.

Ментальные модели определяются рутинами – устойчивыми стереотипами, привычками в деятельности людей. Рутины можно также определить как «институт для себя». Появление рутин вызвано возможностью экономии времени, когнитивных действий и эмоционального напряжения. Простейшая классификация подразумевает существование трех типов рутин: технологических, поведенческих, экономических. На рисунке 2 представлено соотношение между компетенциями и рутинами.

 

 

Рисунок 2 – Компетенции и рутины

 

От простейших рутин, которые складываются в индивидуальных действиях, до сложных процедур разработки и принятия законов, – все в конечном счете направлено на устранение элементов неопределенности и увеличение вероятности наступления желаемого события.

Резюмируем изложенное. Устойчивые стереотипы (рутины) и ценности, свойственные людям, образуют их ментальные модели (рисунок 3). В процессе взаимодействия людям приходится корректировать эти модели, вырабатывая общие представления о базовых вещах (общие ментальные модели). Из них складывается культура общества, и в ее рамках формируются нормы поведения. Последние находят свое отражение в структурах, упорядочивающих человеческую деятельность. Эти структуры – правила, которые дополнены механизмами принуждения к их исполнению, – называются институтами.

Институты, существующие в обществе, создают стимулы, которые влияют на поведение людей. Они снижают издержки выбора в условиях неопределенности, позволяют структурировать затраты на функционирование в рамках системы. Формирование институтов — эндогенный процесс, он связан с опытом взаимодействия людей и их общей историей. Попытки извне внедрить чуждые правила будут неудачны, если они идут вразрез с культурой общества и существующими неформальными практиками. Напротив, формальное закрепление существующих практик может быть очень удачным.

 

 

Рисунок 3 – Механизм формирования институтов

 

Конвенции (соглашения) в отличие от института, не обладают механизмом принуждения: актор может не следовать конвенции и не быть при этом формально «наказанным», однако такое нарушение влечет за собой возникновение дополнительных издержек. Соглашение представляет собой общую для определенной группы людей систему знаний, навыков (в первую очередь – коммуникационных) и ценностных установок, позволяющую им взаимодействовать с низкими издержками.

Соглашения, в сохранении которых заинтересованы влиятельные акторы, могут под их воздействием оформиться в виде институтов. И наоборот, длительно существовавшие формальные институты после отмены их «обязательности» могут продолжить существование в форме конвенций.

Возможны три стратегии поведения акторов применительно к институтам:

следование институтам – актор становится агентом института, или актером, рассчитывающим на вознаграждение за неукоснительное исполнение роли. Его поведение рационально, если система институтов стабильна и обладает большими возможностями принуждения и вознаграждения;

использование институтов – актор стремится извлечь выгоду из возможностей, предоставляемых институциональной средой, выбирая любую из ненаказуемых поведенческих стратегий. При этом он часто использует институты с иными целями, нежели они задумывались, относится к институтам как к обычным факторам производства. Чем лучше институт освоен, тем больше возможностей у актора по его использованию;

проектирование и конструирование институтов – актор стремится изменить сам институт. Очевидно, что для этого он должен обладать соответствующими властными полномочиями и ресурсами.

http://studopedia.org/1-31399.html

 

Рутины

— Как вы делаете ваши чудеса?
— Какие такие чудеса?
— Ну,… исполнение желаний…
— Ах, это? Как делаю… Обучена сызмальства, вот и делаю. Откуда я знаю, как делаю…
[разговор с золотой рыбкой]

А. и Б. Стругацкие8

Изначально понятие рутина (routine) было введено создателями эволюционной теории Р. Нельсоном и С. Уинтером применительно к деятельности организаций и определено ими как «нормальные и предсказуемые образцы поведения«9. Однако рутинное поведение характерно не только для организаций, но и для индивидов. Применительно к последним рутины можно разделить на две категории: рутины технологические, формирующиеся в процессе взаимодействия человека и природы, и рутины отношенческие, складывающиеся в процессе взаимодействия между людьми.

Работая на станке, токарь применяет день за днем одни и те же приемы, причем бóльшую часть времени автоматически. У него не возникает необходимости проговаривать последовательность действий, отдавая себе мысленные указания. Его действия отлажены, они складываются из набора технологических рутин. То же касается и действий женщины, занимающейся домашним хозяйством, почтальона, разносящего газеты, преподавателя, проверяющего работы студентов. Почему формирование подобных рутин свойственно человеку?

Технологические рутины выполняют важную функцию: они снижают издержки принятия решений. Сталкиваясь с проблемой, мы, как правило, выбираем решение, которое, исходя из прошлого опыта, было признано нами удачным. Абсолютное большинство таких рутин являются неосознаваемыми и реализуются на основе неявного знания10. Мы не отдаем себе отчета в том, как именно завязываем шнурки на ботинках, открываем ключом дверь или чистим зубы. Более того, зачастую нам проще сделать что-то, чем написать инструкцию, как это должно сделать.

Довольно долго люди не осознавали различия между рутинами технологическими и рутинами отношенческими, усматривая прямую причинно-следственную связь между своими действиями и реакцией природы на них. Именно на таких повторяющихся действиях, направленных на стимулирование тех или иных реакций природы, основаны многие обычаи. В XIX в. выдающийся этнограф Эдуард Тайлор писал:

Современные сербы с танцами и пением водят маленькую девочку, убранную листьями и цветами, и выливают на нее чашки воды, чтобы вызвать дождь. Моряки при штиле иногда высвистывают ветер, однако вообще-то они не любят в море свиста, который поднимает свистящий ветер. Рыбу должно есть от хвоста к голове,… чтобы привести головы других рыб к берегу, потому что если их есть неправильным способом, рыба поворачивает от берега.

Кстати, подобное первобытное представление об одушевленности всего мира, обуславливало и попытки «наказать» природу за «плохое поведение». Например,

…персидский царь Ксеркс во время похода на Грецию (V в. до н. э.) приказал соорудить мосты через Геллеспонт (Дарданеллы), но буря их разметала. За это Ксеркс приказал бичевать Геллеспонт. А Кир, персидский царь (VI в. до н. э.), во время похода на Вавилон наказал реку Гинду, унесшую одну из священных лошадей, приказав перекопать ее и превратить в мелкую речку. 11

Технологическиерутины облегчают нам выбор в ситуации неопределенности, при нехватке информации. Не имея возможности оценить, насколько эффективными являются альтернативные стратегии поведения, мы обычно демонстрируем отрицательное отношение к риску, предпочитая следовать проверенным образцам поведения. Чем меньше у людей знаний об окружающем мире, чем выше степень неопределенности, тем более устойчивы рутины. Неопределенность на фоне ограниченных когнитивных возможностей делает постоянную оптимизацию поведения не только весьма затратной, но и зачастую бессмысленной. Рутина в таком случае выступает в качестве элемента страхования.

Значительная часть деятельности любого человека неизбежно связана с другими людьми. В рамках социальных взаимодействий и складываются отношенческие рутины. Они, помимо описанной выше функции снижения издержек принятия решений, выполняют еще одну важную функцию — функцию координации. В отличие от Природы, люди являются стратегическими игроками, и при выборе линии поведения они стремятся учесть возможную реакцию окружающих на свои действия. Когда мы знаем, что наши партнеры действуют, руководствуясь стереотипами, у нас возникают определенные ожидания относительно их будущих действий, и в соответствии с этими ожиданиями мы выбираем стратегию своего поведения. Таким образом, рутины дают возможность путем построения системы взаимных ожиданий вносить в отношения элемент координации и предсказуемости.

Рутины — это способ компактного хранения знаний (knowledge) и навыков (skills), которые требуются человеку для его деятельности (рис. 2.1).


Рис. 2.1. Компоненты рутины

Полное освоение той или иной рутины на основе одного только явного знания (например, письменных инструкций) может быть связано с запретительно высокими издержками. Для их снижения нужны соответствующие навыки, которые вырабатываются упражнениями. Действительно, обеспечить человека инструкцией по катанию на велосипеде еще не означает научить его на велосипеде кататься. Кулинарный рецепт, руководствуясь которым мог бы испечь пирог человек, никогда в жизни не подходивший к плите, занял бы не один десяток страниц. Всегда есть что-то, что невозможно передать словами, составляющее, однако, самую суть знания.

На крупных предприятиях система принятия решений построена на организационных рутинах, которые обеспечивают механизм защиты от нерационального поведения экономических агентов, принимающих решения. У такого механизма, помимо положительных свойств, есть и отрицательные — в частности, медленное принятие решений.

Представим, что у вашей финансово-промышленной группы появилась возможность купить нефтяную компанию на очень выгодных условиях. И хотя вы прекрасно понимаете, что она должна быть оформлена очень быстро (только тогда она состоится), существующие организационные рутины на это не рассчитаны. Подготовить нужные для анализа документы можно за несколько дней, но вопрос о сделке включается в плановое заседание совета директоров (вопрос-то очень важный!), намеченное лишь через месяц. В результате, из-за негибкости системы принятия решений сделка срывается.

Необходимость выработки навыков для реализации имеющихся знаний обуславливает эволюционный характер формирования и изменения рутин. Если условия, в рамках которых функционируют фирмы или индивиды, меняются, то существующие в их памяти рутины перестают быть эффективными. Процесс приспособления к новым условиям, выраженный в поиске новых стратегий поведения, освоении и закреплении их в качестве рутин, зависит от природы знания, которое лежит в основе этих рутин: чем менее явно знание, тем более длителен данный процесс.

С проблемой нехватки рутин при переходе к рыночной экономике столкнулись в начале 1990-х гг. предприятия стран Восточной Европы. Новые рыночные условия открыли новые возможности, но чтобы их использовать, предприятиям необходимы были навыки работы в совершенно непривычных условиях. Согласно исследованиям12, через несколько лет после начала реформ страны Восточной Европы и страны с развитой рыночной экономикой в равной мере владели рутинами, которые основаны на легко передаваемом явном знании (уровень обязательного образования) и на неявном знании, не связанном с коммерческим опытом (наличие квалифицированных инженеров и рабочих). Однако по рутинам, которые основаны на неявном знании о функционировании рынка (время, необходимое для разработки и маркетинга нового товара, внедрение системы контроля качества), страны Восточной Европы значительно отставали от стран с развитой экономикой.

Результаты сравнения на 1994 г. венгерских предприятий с предприятиями других стран (выборка проводилась по 41 стране) представлены в табл. 2.1.

Табл. 2.1. Сравнение венгерских предприятий с предприятиями других стран

Показатели деятельности венгерских предприятий, обеспечиваемые соответствующими рутинами Ранг Венгрии среди других стран, вошедших в выборку
Наличие квалифицированных инженеров
Наличие квалифицированных рабочих
Уровень обязательного образования
Инициативность и готовность к приятию риска
Эффективность технологических стратегий
Механизмы контроля качества
Время, необходимое для маркетинга нового товара
Время, необходимое для разработки нового товара

В соответствии с нашими знаниями у нас формируются те или иные ментальные модели. Через их призму мы воспринимаем мир. Они определяют наши реакции и позволяют выбрать линию поведения наиболее экономным, с точки зрения расходования когнитивных усилий, способом. Таким образом, модель рационального выбора может быть скорректирована за счет включения в нее ментальных моделей как элемента механизма принятия решений (рис. 2.2).


Рис. 2.2. Выбор на основе ментальных моделей

Итак, сталкиваясь со сложностями восприятия окружающего мира, мы выстраиваем его упрощенную модель. Она обуславливает предписания касательно поведения, которые позволяют нам решать конкретные задачи. Эти предписания хранятся в виде рутин, и мы их осваиваем по мере обучения и приобретения опыта.

В этом разделе обсуждаются основные компоненты культуры и ее влияние на экономическое поведение людей. Особое внимание уделяется анализу ценностей как фактора принятия решений различными группами экономических агентов.

В социальных взаимодействиях люди критически оценивают деятельность окружающих, и у индивидов с общими ментальными моделями такие оценки очень схожи. Можно говорить о существовании в обществе определенных ценностей — представлений (на разных уровнях абстракции) о том, что хорошо, а что плохо. Передача оценочных суждений происходит в рамках ментальных моделей и ведет к их корректировке. Ментальные модели, разделяемые обществом в целом, сохраняются культурой этого общества.

Разумеется, экономика действительно состоит из технологий, действий, рынков, финансовых институтов и заводов — все они реальны и материальны. Но в глубине, на самом элементарном уровне, управляют ими, и стоят за этим управлением представления … Они формируют и собирают воедино экономику на макроуровне… Они являются ДНК экономики.

Б. Артур (1995) 15

Основополагающий элемент культуры — ценности (values), поскольку именно они задают вектор деятельности человека. Именно от их характера зависит, какие знания и навыки будет накапливать человек (рис. 2.5).


Рис. 2.5. Компоненты культуры

Подход Хофстеда16, одного из самых известных специалистов по вопросам культуры, в чем-то схож с подходом Норта и Дензау, которые определяют культуру через общие ментальные модели. Хофстед полагает, что во многом поведение человека зависит от его ментальных программ (он «запрограммирован» на их реализацию). Под ментальными программами Хофстед понимает «образцы размышлений, чувств и действий». Он выделяет три уровня таких программ (рис. 2.6).


Рис. 2.6. Три уровня ментальных программ

На нижнем уровне находятся универсальные, схожие для всех индивидов программы. Они наследуются генетически и являются неотъемлемой частью человеческой природы. На среднем уровне находятся те ментальные программы, которые специфичны для конкретной группы индивидов. Они формируются путем социального обучения при постоянном взаимодействии внутри группы. Модели этого уровня Хофстед называет культурой. На самом высоком уровне находятся ментальные программы, специфические для конкретного индивида. Они определяют его индивидуальность, отличают его от других. Частично эти программы наследуются генетически, частично формируются путем обучения.

С точки зрения Хофстеда, наибольший интерес для анализа представляет именно уровень культуры. Для анализа культурных особенностей различных групп он разработал специальную методику, к обсуждению которой мы вернемся в главе «Теория организаций» в контексте организационной культуры и в главе «Институты и институциональные изменения» в контексте межстрановых культурных различий.

Говоря об экономической культуре, как о той части культуры, которая касается экономических взаимодействий, имеет смысл выделить три ее уровня — массовую экономическую культуру, экономическую культуру лиц, принимающих решения на уровне организаций, и теоретическую экономическую культуру. Эти уровни образуют пирамиду экономической культуры17 (рис. 2.7а).


Рис. 2,7а. Пирамида экономической культуры

Первый (нижний) этаж пирамиды — массовая экономическая культура. Это ценности, знания, навыки и представления массы потребителей, массы наемных работников. Это культура лиц, принимающих решения только за себя и за свою семью. На этом уровне явные знания как элемент культуры практически не оказывают влияния на экономическое поведение, которое обусловлено, в первую очередь, ценностями и навыками. Навыки приобретаются за счет имитации успешных образцов поведения окружающих, причем имитируются они обычно без критического осмысления и оценки. В моменты кризисов социального сознания и резких изменений экономического устройства, когда в обществе идет пересмотр ценностей, такая имитация может стать причиной массового неэффективного поведения, например, участия в финансовых пирамидах. В принципе, не нужно глубоких экономических знаний, чтобы понять, что пирамида существует только до тех пор, пока новые люди приносят в нее деньги, и что она развалится сразу, как только этот процесс прекратится. Однако люди несли деньги в МММ и другие пирамиды, руководствуясь принципом «другие несут, понесу и я».

Еще один пример. В настоящее время большинство россиян не сознает, что хорошо сделанная работа достойна уважения, и для нас сейчас это главная ценностная проблема массовой экономической культуры. Вероятно, корни данной проблемы в том, что многие наши сограждане всю жизнь работали, не получая нормального вознаграждения и уважения за свой труд во времена советской экономики, а еще раньше — при крепостном праве. А ведь очень часто требуется примерно одно и то же время и одни и те же усилия, чтобы сделать какую-то вещь хорошо или плохо!

Второй этаж пирамиды — экономическая культура менеджеров и руководителей организаций (decision-makers), составляющих так называемое управленческое звено организаций. Решения управленцев распространяются уже на десятки, сотни и тысячи людей, которые возложили на них реализацию собственных интересов, делегировав им свое право принятия решений.

Третий (верхний) этаж пирамиды — теоретическая экономическая культура. Это культура профессиональных экономистов. Если в нашей стране миллионы людей вовлечены в массовую экономическую культуру и сотни тысяч — это лица, принимающие решения, то десятки тысяч (не больше!) — это профессиональные экономисты, создающие схемы, которыми пользуются и люди, принимающие решения, и люди массового экономического поведения. Анализируя решения других, профессиональные экономисты сами не принимают решения. Они обобщают и выдают готовые блок-схемы таких решений.

Заметим, что чем выше мы поднимаемся по пирамиде экономической культуры, тем в большей степени принимаемые решения основываются на теоретических знаниях и тем меньшую роль при принятии решений имеют ценности (см. рис.2.7б). Ценности определяют именно массовое экономическое поведение. Ими обусловлены стимулы и конкретные поведенческие ограничения, специфика экономической деятельности и ее результаты. Благодаря этому в одних и тех же экономических условиях и под влиянием одной и той же экономической политики различные группы, принадлежащие к разным культурам, могут развиваться по-разному. Примеров тому очень много — китайские семьи в Таиланде, Малайзии, Индонезии, США, японские диаспоры в Бразилии и США и т. д.

Ценности могут способствовать экономическому росту (как это произошло в США, где успешно развивается китайский семейный бизнес), а могут, напротив, его замедлять (как это произошло в России в начале рыночных реформ, когда ценности, сформировавшиеся в рамках плановой экономики, существенно снижали эффективность новых механизмов хозяйствования). При этом влияние одной и той же ценности может быть прямо противоположным в разные периоды развития. Например, для японцев характерна высокая норма сбережения. Подобное отношение к деньгам сформировалось в тяжелые послевоенные времена и способствовало экономическому росту Японии до тех пор, пока не началась длительная рецессия. Теперь оно стало препятствием: японцы полагают, что при кризисе надо больше сберегать, и даже повышение выплат и субсидий, стимулируемое правительством, не способно заставить их больше тратить.

Вопрос не в идентификации культурных свойств как таковых, а в идентификации политической и экономической среды, в которой эти культурные факторы могут функционировать активно и динамично.

Х. Сяо (1988) 18


Рис. 2,7б. Соотношение компонентов культуры на разных уровнях пирамиды

Итак, ценности — это один из факторов, которые определяют успешность развития экономики. Другим фактором является государственная политика. Она, как и ценности, воздействует на стимулы индивидуальных участников экономических отношений.

Модель: государственная политика, ценности и структура бизнеса в Китае

Модель: государственная политика, ценности и структура бизнеса в Китае19 Свернуть

 

Рассмотрим экономическую деятельность (отношения обмена) как последовательность взаимодействий между предпринимателями. Эти взаимодействия описываются игрой, матрица выигрышей которой изображена в табл. 2.3.

Табл. 2,3. Отношения обмена

  Кооперативное поведение Некооперативное поведение
Кооперативное поведение x;y z;y
Некооперативное поведение y;z w;w

Каждый из участников выбирает между кооперативным поведением (подразумевающим поставку товара) и некооперативным (нарушением контракта поставки). Если оба участника выбирают кооперацию, реализуется обмен, в котором каждый участник выступает продавцом своего товара и покупателем чужого. Если один участник выбирает кооперацию, а другой ведет себя некооперативно, имеет место эксплуатация первого вторым.

Выгоды, извлекаемые участниками из взаимодействия, зависят не только от их поведения, но и от государственной политики (в частности, от вмешательства государства в бизнес в той или иной форме). Поскольку взаимодействие повторяется во времени, то на текущие решения участников влияет история их отношений.

Пусть

— ценность товара для продавца;

— ценность товара для покупателя;

— усилия, необходимые для доставки товара покупателю, ;

— доля благосостояния, которую получает государство в виде налогов (или за счет конфискации), ;

— сумма, которую государство заберет у одного участника и передаст другому в случае эксплуатации.

Будем считать, что существуют сравнительные преимущества от торговли: . Если оба участника в некотором периоде выберут кооперативное поведение, выигрыш каждого из них будет равен . Если поведение обоих некооперативно, выигрыш каждого составит . Если кооперативно себя ведет только один участник, его выигрыш будет равен , в то время как выигрыш другого участника составит.

Итак, при отсутствии государственного вмешательства , и, соответственно, . А как сказывается на результатах деятельности участников вмешательство государства в той или иной форме?

Грабительское государство стремится максимизировать краткосрочные доходы в казну. Поэтому оно не будет поддерживать механизм компенсации, задав и установив максимально возможным. В этих условиях , , , . Следовательно, любая доля конфискации, удовлетворяющая условию , определит соотношение , и при отсутствии стимулов к кооперации поведение участников будет некооперативным.

Государство, защищающее контракты, накладывает на эксплуататора такое наказание, которое делает некооперативное поведение менее выгодным, чем кооперативное, и компенсирует потери другого участника взаимодействия. Здесь политика государства описывается параметрами и , а соответствующие выигрыши равны , , и .

Несложно видеть, что при таких условиях кооперация будет иметь место на всем протяжении экономических отношений между участниками.

«Нейтральному» государству, с одной стороны, безразлично, как возникает благосостояние — в результате кооперации или нет. С другой стороны, оно не осуществляет конфискацию в объеме, который повлиял бы на стимулы участников, т. е. и . Таким образом, в каждом периоде происходит взаимодействие, описываемое дилеммой заключенных20. Его результат определяется тем, насколько сильны стимулы к кооперации (в частности, каков временной горизонтом отношений).

Используем эти выводы для анализа структуры бизнес-отношений, которые сложились в китайском обществе под влиянием господствующих норм и ценностей.

Государственная политика. С начала 40-ых гг. XIX в., когда в Китае стала развиваться промышленность, и вплоть до конца 40-ых гг. XX в. государство вело себя то грабительски, то нейтрально, а что касается базовых правовых и финансовых институтов, распределяющих риски и защищающих контракты, то они практически отсутствовали. Государство, предоставляя значительную автономию частным предприятиям, тем не менее, не способствовало их развитию. Стабильность бизнес-среды поддерживалась не государством, а торговыми гильдиями. Именно они обеспечивали стандарты и разрешали споры. Но их возможности были ограничены — власть гильдий, по сравнению с властью государства, была мала, и, кроме того, для торговцев был типичен переход на государственную службу, а к концу XIX в. наметилась и обратная тенденция,т. е. происходило сращивание бизнеса и власти со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Из-за неспособности политических институтов обеспечить защиту формальных контрактов, полагаться на них в кооперативных отношениях было нерационально. И все же кооперация достигалась, но не за счет доверия к политическим механизмам, а за счет доверия между индивидами, разделявшими общие ценности.

Ценности. Китайскому обществу присуща конфуцианская система ценностей, основанная на родственных связях. Согласно Конфуцию, люди должны действовать в интересах тех, с кем их связывают родственные отношения, но только если

  • они сами не понесут прямых потерь от такого поведения;
  • их действия не нанесут ущерба тем, с кем у них еще более близкая родственная связь;
  • их потенциальные партнеры в прошлом всегда вели себя кооперативно.

Эти традиционные ценности распространялись и на деловые отношения с момента их возникновения в Китае. Участники взаимодействий старались сузить круг своих партнеров, выбирая их из числа наиболее близких родственников, никогда ранее не замеченных в неподобающем поведении. Более того, тем, кто не разделял изначально конфуцианских ценностей, тоже было выгодно вести себя в соответствии с ними, чтобы их приняли как партнеров. Таким образом, конфуцианские ценности создали платформу для формирования кооперативных отношений и в дальнейшем были перенесены из сельскохозяйственного в индустриальный городской контекст.

В результате, до определенного этапа фирмы в Китае, как правило, были маленькими или средними, и каждая из них контролировалась одной семьей. Эти фирмы не развивались вертикально и при первом же удобном случае делились на несколько независимых фирм, каждая из которых по-прежнему управлялась отдельной семьей, что вполне объяснимо. Действительно, если предпочтение отдается отношениям кровного родства, то через поколение часто начинаются трения между многочисленными родственниками из-за сложности определения степени родства. Однако конфуцианские ценности не задают никакой четкой стратегии для фирмы в целом, и проблема может быть решена только с помощью разделения.

Итак, на стимулы участников отношений к кооперации оказывает воздействие не только экономическая политика, но и общие культурные ценности. Политика, влияя на результаты деятельности, в долгосрочном плане косвенно способствует изменению этих ценностей.

http://www.econline.edu.ru/textbook/Glava_2_Ekonomi4esko/2_3__Obwie_mentalny



Source: life-prog.ru


Добавить комментарий